В тени прохладной листвы от вековых тополей
Стоит мой город – в пуху – и ветер, как брадобрей,
Гоняет пух по лицу, щекотит кистью в носу:
И я чихаю на всё, что раздражает меня и начинаю петь блюз.
Среди фарфоровых скал мой голос тихо блуждал,
Как бродит призрак среди знакомых с детства картин.
Стоит фарфоровый парк: и медвежонок с горшком,
Давно уж выпил весь мёд, сидит и смотрит на дно, а я, как в старом кино.
И пурпур роз расписных всё так же греет мой взор,
И в моду входит опять наш «кузнецовский» узор.
Но, как-то пусто вокруг, и слишком узок наш круг,
И время бьет нам не в такт, и я ловлю этот звук, а «Сокол», просто, кабак.
В тени прохладной листвы от вековых тополей
Спит город призрачных грёз и затаённых надежд.
И сердце ждёт свою дань, как тело ждёт своих бань.
И ностальгический пух усыпал землю вокруг своих фантомных подруг.
А я играю свой блюз среди рептилий в саду,
И каждый нежный укус горит у всех на виду.
Иван да Марья пьют чай, а я скрываю печаль.
И сыплет тополь свой пух на пруд и землю вокруг. А так ли узок наш круг?
31.12.03-1.01.04 г.
